Виталий Калашников и его университетский друг Сергей Иванов. Недвиговка, 1983
Приехали гости - пойду зарублю петуха.
В таз рухнет осенний букет, перепачканный кровью,
Я сплюну с досады, ругнусь, чтоб никто не слыхал,
И к речке сойду по тропе, занесенной листвою.
Неужто навеки жизнь будет не жизнь, а живот?
Я вновь задохнусь от внезапно нахлынувшей злобы:
Неужто наш дух никогда эту цепь не порвет,
Которой он связан, как пес, с конурою утробы?
Ведь я до сих пор разволнован грехом пустяковым.
Но что же мне делать, не смог я придумать опять.
Делянку щипать? Чтобы снова шипели чертковы:
"Не стыдно ли вам комара на шеке убивать?"
И трону я травы рукою и вновь удивлюсь,
Что в мяте и доннике сердце стучит молодое,
И если ты скажешь, что это мой собственный пульс,
Отвечу: "Конечно". Но мне станет скучно с тобою.
1984
